Керамический город на реке Лушуй

Название города пришло от сладкой воды: сунская география объясняет его горами с колодцами, вода из которых на вкус как ли — сладкое вино, — но известность принесла ему обожжённая глина. Лилин (醴陵) — керамический город Чжучжоу (株洲), и его керамика пользуется в Китае общепризнанной славой: визитная карточка — подглазурная пятицветная посуда: пигменты пишут на необожжённом черепке и запечатывают под глазурью, так что цвет проступает сквозь стекло, а не лежит на нём. Основа отрасли местная. Среди двадцати с лишним записанных в уезде минералов — фарфоровая и керамическая глина, известняк и огнеупорная грязь, а холмы долины Лушуй давали топливо и водную силу мельницам, которые их перерабатывали. Изделия были годны и для государственного стола: бытовая посуда, сделанная для Мао Цзэдуна заводом Кюньли (群力), стала просто «мао-керамикой», а лилинские изделия служили подарками иностранным главам государств. Традиция помнит свою линию. В керамическом зале областного музея пятицветная керамика Лилина стоит в конце того же шкафа, что и танская подглазурная роспись печи Чанша, — тысячелетняя эстафета одной идеи, перенесённая из одного приречного города в другой.

Промышленность сделала посёлок городом. Почти две тысячи лет Лилин оставался уездом — сперва ханьским маркизатом, потом уездом под управлением Чанши, с центром в нынешнем подрайоне Гуоци, который потом забросили, — и стал городом уездного уровня только в 1985 году, под давлением размеров производства. Керамика и фейерверки названы двумя крупнейшими отраслями его экономики, а город входит в число самых развитых единиц уездного уровня в Хунани, с экономикой в первой шестёрке провинции; в 2022 году его валовой продукт превысил 87,5 миллиарда юаней. Вокруг больших заводов раскинулись поставщики: электроизоляторы для фарфора, керамические станки, стройматериалы, стекло, одежда и пищевая промышленность. Образование пошло за печами. Хунаньский технологический университет имеет в городе институт керамики, а государственное училище Лилина учит керамике и фейерверному делу как ремёслам — самый ясный знак того, что керамика здесь промышленность с учебным планом, а не народная память. Тот же век, что индустриализировал печи, перекроил и карту: в 2015 году при укрупнении посёлков провинции один лилинский посёлок переименовали в «Литянь» (李田镇) в честь основателя хлопушек, которого считают уроженцем здешних мест, — мастерство, вписанное в адрес.

То, что печи отправляют на столы, читается без труда. Главное богатство Лилина — бытовая керамика: столовые сервизы, рисовые чаши, чайные чашки, та посуда, что снабжала нынешний дворец Чжуннаньхай и до сих пор наставляет рестораны и дома по всей стране. Подглазурная пятицветная роспись как раз и приспособлена к этому делу: она прочна, потому что узор под глазурью, куда не достанут нож и пар, и она ярка, потому что пять семейств пигментов дают полную палитру на белом черепке. Стиль этот стоит на изящном конце провинциального семейства изделий — музей показывает его рядом с глазурованной скульптурой Сянъинь и расписным фаянсом Чанша, — но его рынок всегда был массовым столом, а не шкатулкой коллекционера. Фермы уезда дают вторую половину местной идентичности: рис и сладкий картофель в долинах, а перцем и арбузом названы местные особые продукты, и фейерверочные мастерские работают в тех же городах, что и керамические мельницы. Лилинский столовый сервиз несёт в себе сжатую историю места — речную глину, сунские колодцы, городской устав 1985 года и заводскую школу, — под тем, что семья ест с него сегодня вечером: рис, перец и, в праздничные дни, треск местного фейерверка над головой.