За берегом: бамбук, источники и чай

Бамбук смыкается над головой, оставляя полоску неба. Под горой Уюнь старые деревья, родники и павильоны сопровождают тропу; у Павильона омовения сердца даже шаг становится тише.

Цветы крошечные, а аромат заполняет долину. Осенью они осыпаются мелким золотым дождём вокруг деревни к югу от озера, чьё имя хранит воспоминание о старом храме.

Два каменных тигра словно только проснулись. По легенде, монаху приснилось, как тигры разрыли землю и открыли воду; у горы Дацы этот сон соседствует с источником, издавна связанным с чаем Лунцзин.

Колодец, деревня и чай носят одно имя — Лунцзин. Возле источника живут легенда о драконе и память о восемнадцати императорских чайных деревьях; на склонах весна начинается с молодых листьев и работы рук.

Вода прячется под мостом, за веткой, за поворотом. Среди чайных холмов множество ручьёв сходятся на пути к Цяньтану; название «Девять ручьёв» оставляет их извилистым руслам свободу.

Город подходит к подножию, а выше открываются крыши, озеро и далёкая река. На Ушань, над старыми улицами, ветер проходит среди причудливых скал и павильона Чэнхуан, соединяя город с небом.

С воды остров похож на горсть деревьев, осторожно положенную на озеро. Он возник из грунта при работах Жуань Юаня в 1800 году и стал самым маленьким из трёх главных искусственных островов.

Из пасти дракона вода падает в пруд под скалой. На северном склоне Цися бамбук, камни и дорожки собираются в тенистый сад; ажурные окна открывают всё новые оттенки зелени.

Облака проходят так близко, будто цепляются за крыши. Гора высотой 239 метров стоит между озером и Цяньтаном; у вершины даосский храм Фусин смотрит на просторную землю внизу.

Утренний и вечерний свет пробуждает красноватый цвет скал. Тонкая пагода Баочу над северным берегом проводит черту по небу, а камни под ней на мгновение словно светятся изнутри.