Дацзинмэнь: ворота Великой стены, открывшие пограничный рынок

Ворота — это проезд сквозь стену: двенадцать метров высоты, девять ширины, тринадцать глубины, а наверху площадка размером двенадцать на семь с половиной метров. По внешнему краю идёт зубец высотой 1,7 метра; по внутреннему — парапет в 0,8 метра, высота низкой стены по пояс человеку. Стену над воротами венчают башни высотой 1,7 метра. Ни одно из этих чисел не украшение. Они описывают проём, построенный так, чтобы через него проезжали верхом, проходили с грузом и обороняли сверху, с площадкой, достаточно широкой для постройки, и стеной с внутренней стороны, достаточно низкой, чтобы через неё перешагнуть. Над перекладиной — четыре знака, 大好河山, «величественные реки и горы», укреплённые в традиционном ханьском стиле в 1927 году по почину Гао Вэйюэ, управлявшего прежней провинцией Чахар. Само имя — определение: 境 значит граница, 门 значит ворота. Ворота стоят в районе Цяоси, к северу от основной городской части Чжанцзякоу, в городе, который служит для провинции переправой во Внутреннюю Монголию. К западу от проёма стена идёт около ста метров по ровной земле, облицованная кирпичом. Дальше кирпич кончается, начинается твёрдая скала, и стена следует горной линии, во многом ещё стоя. Два материала для двух видов земли. Ворота — петля между ними: на равнине построенное, на гребне — повторённое.

Рынок пришёл первым. Чжанцзякоу был гарнизонным городом задолго до того, как стал рынком; старое описание места — щит и заслон столицы, северные ворота Пекина. С 1571 года, на пятый год правления Лунцина, на ровной земле снаружи будущих ворот, под горой Юаньбао, сложился пограничный рынок. Источники называют его данническим рынком. Скот, кожи, лекарственные травы, шерстяную ткань и серебро привозили с монгольской степи и из более западных краёв; шёлк, чай, фарфор и белый сахар шли наружу. Чжанцзякоу стал внутренним портом меновой торговли между северным Китаем и степью. Сами ворота построили в 1644 году, на первый год Шуньчжи, после того как Мин уступила место Цин. При Мин стена обозначала рубеж; при Цин та же дорога стала транзитным путём для купцов, торговавших в Монголию, и город рос как станция на ней. Ворота — один из четырёх великих проходов стены наряду с Шаньхайгуанем, Цзюйюнгуанем и Цзяюйгуанем, и единственный из четырёх, названный воротами, а не заставой. В 1860 году Пекинский договор открыл Чжанцзякоу вместе с Кулунем и Кашгаром для внешней торговли. Дорога на север называлась Чжанку — путь в Кулунь, который называли также степным шёлковым путём; караваны верблюдов ходили по нему с эпохи Юань, а к середине Цин он был связан с кяхтинской торговлей.

Если читать ворота слоями, даты расходятся. Рынок с 1571 года. Ворота с 1644-го. Надпись с 1927-го. Железная дорога с 1909 года, когда открылась линия из Пекина, изысканная и построенная под началом Чжань Тянью без иностранного капитала и иностранных специалистов. Каждая принадлежит иному устроению одного и того же места, и сооружение держит их, не примиряя. Надпись — самый ясный случай: четыре знака энергичной кистью в стиле Янь, поставленные на ворота, построенные почти тремя веками раньше, чиновником провинции Чахар, которой больше нет. Стена говорит то же самое камнем. Сто метров кирпичной облицовки на равнине, где земля позволяла идти прямо; твёрдая скала на склоне, где стена должна была брать то, что давала гора. Зубцы обращены наружу, парапет — внутрь, и разница в высоте — короткий урок о том, как стена понимала направление. Чжанцзякоу описывает себя через функции, а не через памятники: город на линии Пекин — Баотоу, конец скоростной дороги Пекин — Чжанцзякоу, переправа между Хэбэем и Внутренней Монголией, распределительный центр товаров, военный пункт, сухопутный торговый порт. Ворота — то место, где такие отвлечённости когда-то считали по головам скота и по тюкам. Город носил и другие имена, среди них Чжанъюань и Ваньцюань, и ворота пережили их все.